Николай Писанко - солнце Генической живописи

3 января 2006


Выпуск №: 7


Просмотров: 16512


Впервые мы встретились с Николаем Писанко в сентябре 1959 г., когда я, восьмилетний, переступил порог изостудии при Дворце пионеров, которая находилась на втором этаже здания по Ленина, 1 в комнате над центральным входом. Учитель, спросив как меня звать, устроил «приемный» экзамен положив на столе по диагонали тросточку с которой ходил, и попросил нарисовать. Николаю Николаевичу нужно было знать: могу ли я на плоской бумаге передать перспективу, вижу ли близкий и дальний планы. Что-то подобное он устраивал каждому вновь приходящему в коллектив. Усевшись на предложеный стульчик, я в блокноте простым карандашом сделал свой первый рисунок, который потом долго хранил. Учитель остался доволен, и я был благополучно принят в студию.



Поражала отцовская забота учителя об учениках: зимой помогал младшим снять и затем одеть верхнюю одежду, заботливо укутывал шарфом. Часто выходили на пленэр в окрестности Геническа, в походы на Арабатскую Стрелку, варили «запорожскую» кашу из того, кто что принесет, познавали мир и это было интересно. Посещение занятий в изостудии было свободным хочешь — приходи, не хочешь — нет. За невыполнение домашних заданий Николай Николаевич никогда не корил, не делал далеко идущих выводов о нашей лени. Ему было интересно, как мы относимся к окружающему миру, и это он замечательно умел определять по нашим рисункам. Рисование для учителя было хорошим предлогом для общения с нами.



В кружке было примерно 30 ребят, одни — приходили, другие — уходили. Николай Николаевич видел, кто серьезно занимается. Он обучал через систему «открытий».




— Ребята, посмотрите как похоже нарисовал натюрморт Саша Черноног, — восклицал однажды Николай Николаевич. И мы, сгрудившись около товарищ, рассматриваем его работу. А Саша, воспрянув духом, несколько дней ходил под впечатлением похвалы учителя. А через некторое время героем дня становился Коля Овдиенко, точнее других передавший светотень или я, отобразивший как «дышит» красный бархат внутри футляра скрипки. И это неподдельное восхищение учителя воодушевляло нас, фальш мы бы сразу распознали. Я и многие другие, пользовались особым расположением Николая Николаевича, занимались по углубленной программе и были вхожи к нему в дом. Гостеприимный учитель и его жена, учитель литературы, Лидия Николаевна Троицкая всегда были рады гостям, угощали конфетой, чашечкой кофе. Разговоры о живописи переходили в плоскость музыки, литературы, это развивало нас заставляло больше читать. Николай Николаевич с женой играли на пианино, имели большой фонд грампластинок с класической музыкой. Запомнилось одно посещение квартиры по ул. Фрунзе, 1, ставшее для меня событием. У Писанко был магнитофон «Днепр» и вот на нет он записал дождь: первые раскаты грома, нарастающий шум дождя, грозовые раскаты, затихание стихии, пение птиц. При прослушивании учитель озаглавливал шумовой фон дождя музыкальными терминами. Это был только один из камертонов, которыми он настраивал нас, своих учеников, на творчество.



Нам очень льстило, что Николай Николаевич интересовался нашим мнением по тому или иному событию. Он был не только педагогом от Бога, но и гражданином, умел публично отстаивать свои убеждения. Например, по-своему трактовал творчество какого-нибудь художника, к нашему ужасу, ниспровергая общепризнаных классиков соцреализма. Часто говорил о любви к Украине. Это было дико по тем временам, но Писанко понимал, что полностью самовыразиться в творчестве может только личность стоящая на национальной платформе, глубоко пустившая корни в национальный грунт, независимо кто ты: украинец, еврей, азербайджанец. От Николая Николаевича впервые узнал, что фамилия Парнюк — украинская. А брошеный как будто между прочим вопрос: «Ты, вот, украинец, а почему не разговариваешь по-украински?» — Подтолкнул меня, 12-ти летнего к длительным размышлениям, а потом и к выводу: Я должен хорошо знать «р_дну мову»! Какой огромный заряд творческой энергии я получил, открыв для себя живительный источник украинской литературы, как обогатил свой внутрений мир чтением наших класиков! Уже через много лет, обучаясь в Московском народном университете, я все еще жил этим, используя для картин сюжеты украинской истории.



Оглядываясь назад, я благодарен судьбе, что в детстве она повернула меня лицом к тому, кому нужно. Сегодня, проживая в Киеве, я свободно общаюсь на украинском и понимаю, как важно знать свои корни и понимать, что ты не перекотиполе. За тобой традиции, тысячелетняя история со славными именами. Так же старался воспитывать своего сына, сегодня он студент исторического факультета Симферопольского университета, может аргументировано вести дискуссии с любым оппонентом. Иногда я сам себе задавал вопрос: отчего так интересно в кружке у Писанко и так скучно в школе? Писанко не разделял нас на условные категории «троечники», «отличники», не старался подчеркнуть в чем-то нашу неполноценность. Мы были для него детьми, которым он открывал все секреты живописи, которыми владел сам. И это помогло многим из нас в жизни. Манера исполнения рисунка Николаем Овдиенко при приеме в архитектурный институт, вызвала восторг у членов приемной комиссии. Блестящий аквалерист Виталий Пихуля, скульптор Валерий Кольцов, керамист Владимир Шпак — их талант развил и огранил Николай Писанко. Список учеников, добившихся извесности в искустве, насчитывает десятки имен. В кружке Писанко была среда единомышлеников, которая дорога мне до сих пор. Я ничего не говорю о школьных учителях рисования. Они занимались обязаловкой и не оставили следа в моей творческой судьбе. Десятилетие общения с Писанко было для меня, как полжизни. Он был не только талантливым педагогом, но и исследователем, им подготовлен большой труд «Язык изобразительного искусства», получивший восхитительные отзывы на уровне Академии художеств, Союза художников Украины. К сожалению, не нашлось способных поддержать Николая Писанко в издании этой работы в полном объеме и из которой кусками вырывали себе другие художники. Мне пригодилась в жизни школа, пройденая у Писанко, старался и стараюсь делать все творчески, учитывая законы композиции. Очень жалею, что не смог проводить Николая Николаевича в последний путь — работал далеко от Геническа, но по православному обычаю помянул Учителя.



Пусть земля ему будет пухом.



Анатолий Парнюк, биодизайнер

г. Киев

Комментариев: 0
Оставить комментарий:
(ваш комментарий будет виден после модерации администратором)
Ваше имя:
Ваш e-mail:
(необязательно)
Ваш комментарий:
Все статьи за




















































































































































Статей: 3029

Ключевых слов: 82

Комментариев: 42